В письме Максу Борну от 4 декабря 1926 года Эйнштейн писал о «тайне Старца» (нем. des Alten), а затем: «Я, во всяком случае, убеждён, что он не играет в кости». Популярное «Бог не играет в кости» — сокращённый пересказ, а не буквальная цитата из письма. Так Эйнштейн выразил сомнение в том, что квантовая механика даёт окончательное описание природы.
Религиозные образы Эйнштейна нельзя автоматически читать как утверждения о личном Боге, вмешивающемся в мир. Для него подобный язык часто служил метафорой рационального порядка природы.
Вопрос заключался в том, является ли вероятностное описание квантовой механики последним уровнем реальности или за ним существует более глубокий детерминистический порядок. Поэтому фраза о костях — реплика в научно-философском споре, а не аргумент из богословия.
Это важный тип искажения: популярная формула упрощает оригинал, а вырванный из научного контекста образ Бога начинает служить чужой дискуссии.